С Александром Григорьевичем всегда приятно беседовать. Сторонний человек удивится, если узнает его возраст. Отличная память, аргументированные выводы, чувство юмора. Проговорили мы с ним больше часа. О судьбе этого человека впору писать роман.

 

Важнейшая из профессий

 «Что-то с памятью туговато стало, - явно с лукавством заявил Александр Григорьевич. - Но это еще пустяки. Вот после войны я чуть было не бросил свою работу. Страдал бессонницей, болела голова, путал даты и цифры. Пошел в больницу и попросил справку, что я не могу по состоянию здоровья работать главным бухгалтером. Но главный лесничий в управлении помахал перед моим лицом ладонью и сказал, что при таком дефиците грамотных кадров разбрасываться специалистами он не имеет право. И дал путевку в санаторий в латвийской Паланге. И, знаете, лечение мне там помогло. В результате я 37 лет проработал на одной должности...»

Выбор профессии для Александра Григорьевича не был случайным. Он пошел по стопам своего отца. Григорий Кузнецов был главбухом в колхозах в Осиновке, Маранке, Бигиле и Тобольске. Александр начал работать счетоводом в Ярковском лесхозе еще до войны. В 1942 году главбуха мобилизовали на фронт, молодому Александру пришлось возглавить бухгалтерию. Как оказалось, не надолго. 

Огненные версты

«Пол-Европы, прошагали пол-земли...», - эти слова из песни «День Победы» напрямую относятся к сержанту-пехотинцу Александру Кузнецову. Боевой путь он начал в Орловской области. Затем с боями прошагал Курскую, Брянскую, Сумскую, Черниговскую области.

«На Черниговщине трижды лицом к лицу повстречался с фашистскими танками. У одной из деревень мы столкнулись с громадным железным зверем с черным крестом на броне. Он открыл по нам пулеметный огонь. Мы отступили. Танк не стал преследовать нас. Но эта гадина на наших глазах раздавила гусеницами раненых бойцов. Вскоре вновь столкнулся с танком. При освобождении очередного населенного пункта один из стогов сена вдруг пришел в движение. Оказалось в нем была замаскирована эта машина. Я оказался в непосредственной близости от нее. Из винтовки стал стрелять в бойницу. Но видимо немецкие танкисты получили сообщение по рации о нашем наступлении, танк развернулся и с большой скоростью стал отступать...»

Два дня под Любичами

Третья встреча фашистского танка и красноармейца Кузнецова произошла при освобождении  села Любичи.

«Перед селом был овраг. Так получилось, что наши пехотинцы оказались с одной стороны, а с другой подошли три танка, которые стали расстреливать однополчан прямой наводкой. В этом огненном шквале погиб наш земляк, мой друг Саша Важенин из Чеганово... Я сумел спуститься в овраг и стал подкрадываться к танкам. Прополз метров двадцать, но здесь, словно кипятком, обожгло правую ногу. Оказывается попала разрывная пуля. Ждал, что прибудут санитары, но нашему подразделению был дан приказ прорываться к Днепру...»

После боя Александр Кузнецов выбрался из оврага и укрылся на картофельном поле. Он видел вражеских солдат, которые несколько раз проходили рядом. Они добивали раненых. Снимали с убитых вещи, представляющие для них ценность.

«Недалеко от места, где я лежал, остановилась немецкая машина. Из нее вылез офицер и какая-то женщина. Они долго о чем то говорили. Затем он вдруг пошел прямо на меня. Я решил убить его. Прицелился в грудь, нажал на курок... Но выстрела не последовало. В бою, оказалось, у моей винтовки был поврежден спусковой механизм. Тогда я снял штык, чтобы воткнуть себе в сердце, чтобы фашисты, если обнаружат, не терзали. Но меня не заметили..

Более суток пролежал раненый боец в поле. Как смог перевязал рану. Вечером мимо прошли наши разведчики, Александр сказал им, чтобы не тревожились за него, что потерпит, тем более, что обзавелся винтовкой, которую взял у тяжелораненного бойца, лежавшего недалеко. Утром его очаровало большое красное украинское солнце, величественно поднимающееся с востока. Сердце защемило, ведь за ним были Волга, Урал, родная Сибирь... Идеальную предрассветную тишину нарушил взрыв бомбы. Видимо ее скинул зачем-то пролетающий немецкий бомбардировщик. Затем к полю вышли два здоровенных мужика, одетых не в военную форму.

«Как сейчас помню. Внутренний голос мне сказал: - не окликай их, это чужие. Видимо это были или полицаи, или власовцы».

 Незнакомцы прошли мимо. Немного погодя Александр заметил развернутый строй наступающих наших бойцов. К нему подбежал сержант и дал флягу попить воды. Затем он быстро догнал ушедших вперед товарищей.

«В сердце екнуло: да ведь это был мой двоюродный брат Валентин!»

 Уже после войны он задал ему вопрос, не помнит ли он подобный эпизод при наступление на Днепр? Брат был изумлен. Валентина тоже все время терзала эта встреча, когда ему почудилось, будто тот раненый боец, которому он дал воды, был брательником Сашкой Кузнецовым...

Финляндия, Норвегия, Маньчжурия...

Дальше были долгие месяцы выздоровления в госпиталях Курска и Соликамска. Затем Александр оказался под Псковом, где шло формирование 65-ой Новгородской дивизии. Она была сильно поредевшая после прорыва блокады Ленинграда.

«Я недавно прочитал в газете «Тюменская область сегодня», что эта дивизия раньше называлась Тюменская, в ней воевало и погибло много наших земляков».

После формирования дивизия начала наступление на финские войска севернее Ленинграда. У линии Маннергейма бойцы услышали беспорядочную стрельбу и крики финов. Но это было не контр-наступление. Солдаты страны Суоми праздновали подписание мирного договора между Финляндией и Советским Союзом.

Затем дивизию передислоцировали под Мурманск. Освобождали от фашистов Кольский полуостров и север Норвегии. Там и встретил Александр Григорьевич весть о Победе.

Затем были шоферские курсы и переезд на Дальний Восток. Окончание Второй мировой войны Александр Кузнецов встретил в Маньчжурии. Сибиряк возил штабных офицеров на «Виллисе». Домой наш земляк орденоносец вернулся в апреле 1947 года.

Секреты молодости

Многие удивляются, как Александр Григорьевич сумел сохранить здоровье и бодрость духа. Ведь и после войны ему выпало немало испытаний. Отец Александра, обвиненный как "враг народа", провел в лагерях 16 лет. Много лет Александр Григорьевич ухаживал за больной женой, которую парализовало после стресса, когда она увидела пожар соседского дома...

«Я здоровье берегу, сам себе я помогу!».

У него таких прибауток множество. Еще когда он ухаживал за больной супругой, он взял за правило каждое утро делать велосипедные прогулки в сосновый лес возле Дома ветеранов. Бывало по 30 километров наматывал за день. До сих пор зимой ходит на лыжах. Летом ухаживает за огородом. 

А тренировать ум помогают шахматы. А еще баня. Кузнецов заядлый парильщик, зимой любит после того, как тело разогреется под хлесткими ударами березового  или липового веника, нырнуть в снег! А еще здоровое питание. В его рационе обязательно присутствует мед.

«Главный секрет молодости — желание жить», - утверждает Кузнецов. А этого желания у него предостаточно.

 

Не бывает атеистов в окопах под огнем

Я спросил у Александра Григорьевича об его отношении к религии. Он ответил, что верит в Бога. Правда, не столь фанатично, но церковь иногда посещает.

«В молодости, на войне, я был атеистом. Но когда враг поливает тебя свинцом, когда кругом гремят взрывы, ты невольно обращаешься к Богу. Поэтому на фронте самые рьяные коммунисты и комсомольцы никогда не осуждали тех, кто во время боя крестились. А потом я задумался: кто отвел меня от тех странных мордоворотов на поле возле Любичей, почему не выстрелила винтовка, когда ко мне направлялся фашистский офицер? Видимо у меня хороший ангел-хранитель».

Александр Григорьевич рад, что церковь вернулась после долгих лет забвения в нашу жизнь. Но многие современные вещи он не одобряет. Например, социальная защищенность, по его глубокому убеждению, во времена Советского Союза была гораздо выше. 

Эхо войны

Александр Григорьевич показал мне письмо, которое пришло к нему от школьных краеведов из поселка Любичи Репкинского района Черниговской области накануне 9 мая. Да, да, именно того населенного пункта, за освобождение которого от фашистов бился Кузнецов. Они просят его выслать фото и рассказать о себе, поделиться воспоминаниями о тех днях, когда проходили бои на их родине.

А ведь до этого по телевизору было показано множество сюжетов, когда украинские националисты разрушали памятники связанные с Великой Отечественной войной.

«Видимо не все потеряно, здравомыслящие люди остались в братском государстве», - рассудил Александр Григорьевич. Он искренне желает, чтобы братоубийственная война на Украине быстрее закончилось...

Ежегодно к Дню Победы Александру Григорьевичу приходит множество открыток с поздравлениями. Он особенно трепетно хранит открытку двадцатилетней давности от внучки, в которой она желает деду дожить до ста лет.

«Я тогда пообещал ей, что обязательно доживу», - улыбаясь сказал ветеран.